Ситуация

 
Пациент всегда платит дважды автор: Харминдер Чхатвал

Испокон веков здоровье осознавалось россиянами как важнейшая ценность. Об этом красноречиво свидетельствует простой языковой факт: ни в какой другой стране я не слышал, чтобы в качестве приветствия люди желали друг другу здоровья, произнося «здравствуйте» вместо обычных для иностранцев оборотов «доброе утро» или «привет». Даже военные, приветствуя старших по званию, используют формулу «здравия желаю». А после «поздравлений» (корень слова снова «здравие») следует, как правило, и самый распространенный тост – «за здоровье!».

Столетиями тема собственного самочувствия вызывала у жителей России особый пиетет – я не могу припомнить ни одного вопроса, который вызывал бы у всей нации такое же количество эмоций. Любопытно, осознает ли важность этого момента нынешняя власть? Понимают ли те, кто у руля, как сильно население страны переживает за себя и своих близких? Я думаю, что да. Но...

Понятно, что быть здоровыми хотят абсолютно все. Как ни крути, больной человек никому не нужен – ни как работник, ни как обуза для семьи. И раз уж мы так склонны сильно переживать по этому поводу, то, по логике, должны с особым вниманием относиться к гарантированному государством «общедоступному и бесплатному медицинскому обслуживанию», которое на самом деле общедоступным и тем более бесплатным не является.

Уже давно здравоохранение в России «страховое» – то есть существующее на наши с вами кровно заработанные деньги. И немалые: в это трудно поверить, но только в 2014 году в общей сложности отрасль здравоохранения должна получить из государственной казны 3,3 триллиона рублей. Львиную долю этой суммы составляют наши отчисления: каждый работающий россиянин ежемесячно платит 5,1% от своей заработной платы в региональный Фонд обязательного медицинского страхования, 2,9% – в «соцстрах» и 13% подоходного налога. При этом вряд ли за пределами МКАД найдется хоть один человек, довольный качеством медицинского обслуживания.

Доверяя честно заработанные деньги государству и страховщикам, гражданин должен знать, насколько эффективно они расходуются, и пребывать в полной уверенности, что в случае наступления страхового случая – болезни или травмы – ему будет оказана скорая, качественная и исчерпывающая медицинская помощь.

К великому сожалению, в большинстве своем граждане России этого совершенно не осознают: лично я не встречал ни одного человека, который обратился бы в суд по поводу ненадлежащего обслуживания в районной поликлинике или плохих условий пребывания в больнице. Мы привыкли принимать плачевную действительность как данность и совершенно не готовы защищать свои деньги и права. В то же время многие граждане из принципа месяцами выбивают в судах копейки, недоплаченные им по автострахованию. И никто не соглашается признать, что поврежденная в ДТП машина немыслимым образом оказывается дороже собственного здоровья!

Не секрет, что несколько десятилетий назад российская государственная система здравоохранения стала неэффективной, а по некоторым направлениям вообще недееспособной. Многочисленные попытки ее реанимировать ни к чему путному не привели. По малейшему поводу люди бегут не в районную поликлинику, а в ближайший частный диагностический центр. Оно и понятно: у «частника» – чисто, уютно, быстро – ни очередей, ни лишних нервов: утром сдал анализы – к обеду получил результаты по электронной почте.

Вот только всё это удовольствие стоит денег, причем не государственных, а наших собственных. А бесплатное обследование в поликлинике – это нервное выбивание талончиков на предварительную запись, полтора часа в очереди перед каждым кабинетом, потерянные в регистратуре карточки и результаты анализов и прочие анекдотические, но мало приятные приключения. Но самое страшное, чего не пожелаешь и врагу, – оказаться в больнице в пятницу вечером или в праздничные дни. У вас инфаркт? Подождите до понедельника! Специалисты тоже должны отдыхать! Неудивительно, что частник выигрывает конкурентную борьбу, по сути, не начиная ее вовсе. А мы, оказывается, так богаты, что вполне можем позволить себе бросать деньги на ветер.

Положа руку на сердце скажите, кого из вас искренне заботит, на что и как ежегодно расходуется до 10 миллиардов рублей, выделенных на тверское здравоохранение?

Другая, вызывающая массу недоумений, тема – система управления отечественными больницами и поликлиниками. Как правило, во главе медицинского учреждения стоит главврач. Например, хирург, который, вместо того чтобы с утра до вечера оперировать, вынужден заниматься организационной и бумажной работой, выполняя функции руководителя и экономиста. В медицинском институте экономике и администрированию доктора не учили. Но главврачу вменено в обязанность знать и управлять тем, как расходуется бензин, ремонтируется сантехника, закупаются ведра для уборщиц, начисляется заработная плата, распределяется премиальный фонд и т.д. А если ему вдруг взбредет в голову вместо объявления тендера просто купить в ближайшем магазине гайку для единственной машины «скорой помощи», чтобы она могла выехать из гаража, доктора ждет уголовная ответственность.

Никто не спорит – лучше, если медицинским учреждением управляет врач, а не чиновник. Да и к чему придумывать лишние должности? Дошло до того, что в каждой больнице имеется собственная бухгалтерия – лишние штатные единицы, занимающие квадратные метры больных, лежащих в коридоре! Что мешает объединить все ЦРБ региона в единую сеть, с общей администрацией и бухгалтерией, располагающейся в отдельном здании? Экономия очевидна, да и порядка стало бы в разы больше.

Зачем Тверскому родильному дому №2 собственный дворник на окладе? Чтобы при каждой проверке главврача не ругали за не убранный снег во дворе? Пусть уборкой и благоустройством территории займется районная администрация. Больница должна лечить людей, а не заниматься уборкой снега, врач должен лечить людей, а не заниматься подготовкой зданий к зимнему периоду эксплуатации.

Трудно даже представить, как вообще врачи умудряются работать, закопавшись в кипе бессмысленной документации, трясясь в ожидании новых проверок. Пациенты и их родные не озвучивают свои претензии к власти: если пациент умер, виноваты «убийцы в белых халатах», а если выздоровел – «спас Господь».

Но чудес не бывает: каким бы великим ни был врач, для успешного лечения нужны современные лекарственные средства и оборудование. Сколько установок МРТ в Тверской области? Три или четыре штуки. А в Европе МРТ – уже вчерашний день. Вы знаете, что такое ПЭТ? Позитронно-эмиссионная томография – самый современный метод диагностики и контроля лечения онкологических заболеваний. С помощью позитронно-эмиссионной томографии можно обнаружить онкологические заболевания на раннем этапе, до начала прогрессирования заболевания. В Москве есть две установки ПЭТ, на всей остальной территории России нет ни одной! Зато установки ПЭТ есть в любой больнице Евросоюза, Америки и Японии.

Кто принимает решения закупать и повсеместно внедрять морально устаревшее импортное оборудование? Неудивительно, что в отчаянии люди продают квартиры и дома, чтобы оплатить сложное лечение в Германии или Израиле. Говорят, что в московских больницах ситуация не так плоха. Но, похоже, мало кто догадывается, что происходит за 100 км от МКАД.

Еще одна напасть – полный упадок отечественной фармакологии. По каким-то причинам совершенно не работает огромный, суперприбыльный, надежный и стабильный сектор экономики. Чтобы идти в ногу со временем, нужно тратить деньги на научные исследования – по-видимому, именно в этом и состоит главная трудность.

Намного проще и выгоднее нашим чиновникам тратить колоссальные деньги налогоплательщиков на закупку имеющихся на рынке лекарственных препаратов, чем создавать условия для развития отечественной фармацевтической промышленности.

О закупке лекарств есть смысл поговорить отдельно. Неизвестно кем, но можно догадаться, зачем были придуманы и внедрены следующие правила: чтобы зарегистрировать и начать продавать на территории РФ новый иностранный препарат, необходимо получить немыслимое количество согласований, включая собственные испытания препарата, занимающие от трех до пяти лет и стоящие огромных денег.

Разумеется, в конечном итоге все расходы оплатят те, кому повезет дожить до того момента, когда долгожданное лекарство, наконец, появится на аптечных полках. И никого не смущает, что за это время импортный производитель успел разработать, испытать и выпустить очередное – более эффективное – средство. Но дело даже не в этом. Как врач я не понимаю, почему одно и то же запатентованное и испытанное производителем лекарство может отлично подходить гражданам США и Евросоюза и одновременно представлять опасность для граждан России? В институте мне говорили другое: одно и то же лекарство одинаково лечит одно и то же заболевание у всех представителей одного и того же вида: в нашем случае – homo sapiens. Зачем мы вообще его перепроверяем?

Смешно полагать, что наш отечественный рынок фармацевтики, где до сих пор продаются препараты, которые могут провоцировать онкологические заболевания (что подтверждено исследованиями еще 30 лет назад!), запрещенные в Европе и Америке, предъявляет более высокие требования к лекарственным препаратам, чем фармацевтический рынок Германии или Швейцарии.

Но так работает Система, и этот факт, по-видимому, никого из граждан страны, занимающей, по данным ООН, 111-е место в мире по средней продолжительности жизни, 134-е место в мире по продолжительности жизни мужчин и первое место в мире по абсолютной убыли населения, совершенно не пугает.

В России здравоохранение является одной из самых дорогих и высокоприбыльных отраслей. Но именно государство, распоряжающееся деньгами налогоплательщиков, должно гарантировать налогоплательщикам – гражданам России – равный доступ к услуге «бесплатной медицинской помощи».

Вы можете представить себе, чтобы где-нибудь на Смоленщине или в Тверской губернии за 82-летней бабушкой с инсультом в считанные минуты прибыл медицинский вертолет? Нет? Возможно, чтобы спасти жизнь крупного государственного чиновника, к нему на дачу или в охотничий домик действительно пошлют вертолет и доставят «слугу народа» в Кремлевскую больницу или в аэропорт, а далее – в швейцарскую клинику. Но парадокс заключается в том, что, пока родственники в Смоленске и в Твери будут оплакивать умерших бабушек, за бабушками, живущими в Норвегии, в случае инсульта действительно прилетит вертолет, и в любой ближайшей больнице они получат весь перечень услуг, получаемый у нас только высшими государственными лицами. То есть сказать что-нибудь хорошее об отечественном здравоохранении можно будет только тогда, когда аналог услуг, предоставляемых госчиновникам, можно будет получить в каждой районной больнице. Пока же даже в столице региона вы будете ждать «скорую помощь» в лучшем случае около часа.

Если мы действительно хотим заставить отечественную систему здравоохранения работать, необходимо сделать три принципиально важных дела.

В первую очередь – создать звено, отвечающее за профилактику и раннюю диагностику заболеваний.

При советской власти существовала обязательная поголовная ежегодная диспансеризация. Сейчас комплексные обследования проходят все государственные и муниципальные служащие, а также сотрудники силовых ведомств. Государство внимательно следит за состоянием здоровья слуг народа, здоровье собственно самого народа его, мягко говоря, не интересует. Русский человек устроен так, что по доброй воле не отправится в поликлинику показаться, на всякий случай, полутора десятку специалистов. Значит, нужно обязать работодателей заключить договор с поликлиникой и выделить людям три дополнительных выходных дня на ежегодный медосмотр. Ведь очевидно, что государству выгоднее иметь здоровых и регулярно отчисляющих налоги работников, чем оплачивать им больничные листы.

Второе. Необходимо сделать так, чтобы врач был заинтересован в своей работе и чувствовал свою ответственность – не формально, а по-настоящему.

Доходит до смешного. Человек попадает в больницу, несколько дней его обследуют, выявляют серьезное заболевание, и возникает необходимость экстренно перевести его в профильную клинику. Перевозят, кладут в палату и тратят еще два-три дня на то, чтобы сделать те же самые исследования и анализы – якобы, потому, что заключение коллег из другой больницы не внушает доверия; в итоге пациент платит дважды. Любой человек, в том числе и врач, не застрахован от ошибки. Но если доктор подписал некое медицинское заключение, очевидно, что он должен быть в ответе за достоверность поставленного диагноза или проведенного обследования, если он не квалифицирован – наймите квалифицированного специалиста, если квалифицирован – извольте доверять его мнению, а не тянуть деньги с пациентов.

Третье. Нужно начать вкладывать большие деньги в медицинское образование, науку и фармацевтику.

Покажите мне хотя бы одну российскую клинику (кроме кремлевской), целиком и полностью соответствующую принятым мировым стандартам или добившуюся небывалых результатов в лечении какого-нибудь сложного заболевания! Их нет. Но еще совсем недавно наша страна растила нобелевских лауреатов, наука была жива, и никто не бегал, как сегодня, в надежде выпросить хоть какой-нибудь грант на исследования, необходимые для здоровья нации.

Парадокс в том, что всё это происходит в стране, весьма неплохо зарабатывающей на продаже нефти, газа, электроэнергии, металлов, леса, драгоценных камней, морепродуктов, сельхозпродукции и т.д., собирающей огромное количество налогов с работающих граждан и превосходящий доходы от нефти и газа таможенный сбор. Доходы у нас, слава Богу, есть – осталось научиться их грамотно расходовать – как минимум с пользой для здоровья проживающих в стране граждан.

 
КОММЕНТАРИИ К ЗАПИСИ:
Нет комментариев

Оставить свой комментарий