Точка зрения

 
Гомо постсоветикус автор: Андрей Барковский
Если вы каждый день на ночь глядя показываете по телевизору свору моральных уродов, называя их «звездами проекта», то по другую сторону экрана количество моральных уродов не может не расти в геометрической прогрессии.

Чем больше узнаю людей тем больше нравятся собаки

(Генрих Гейне).

Беспрестанно повторяемая в девяностые годы мысль А.И. Солженицына о сбережении народа как главной цели и смысла существования любого правительства посетила в начале нового тысячелетия высокие умы. Есть, правда, подозрение, что вошла она в высокие головы не через ту дверь, в которую стучался Александр Исаевич. Вошла она через дверь понимания того факта, что с такими темпами вымирания эту территорию некем будет удерживать уже в ближайшем будущем, и, соответственно, исчезнет и предмет управления, и предмет извлечения дохода.

Мне же сейчас хотелось прокричать в какую угодно дверь еще одну не менее важную мысль о том, что качество человеческого капитала – ничуть не менее важная вещь, чем его количество. Моисей водил свой народ сорок лет по пустыне не только для того, чтобы сберечь его от фараона, но и для того, чтобы этот народ стал другим, иначе и не было смысла в исходе из Египта. А был ли для нас смысл в исходе из советского прошлого? Ведь смысл появления каждого нового поколения только в одном – стать лучше предыдущего. Любой иной результат предполагает в долгосрочной перспективе окончательное озверение человечества и его исчезновение с лица Земли как очищение планеты.

Выскажу свое спорное и неприятное мнение о том, что моральное, интеллектуальное, физическое, духовное и этническое состояния имеющегося человеческого капитала России ставят под сомнение его способность не только развивать, но и сохранять и защищать свою страну.

Пускай прошло не сорок лет, а двадцать, но мы уже имеем возможность сравнить человека, воспитанного в Советском Союзе и презрительно названного «гомо советикус», с пришедшим ему на смену «гомо постсоветикус». Главное и парадоксальное их отличие состоит в том, что, в отличие от советского человека, «гомо постсоветикус» не поддается описанию, у него нет общих универсальных признаков, его единственная универсальная черта – это его разобщенность – социальная, территориальная, профессиональная, возрастная, этническая. Он разложился на дискретные и не складывающиеся паззлы, замкнувшись в себе, в своей семье, в социальной и этнической группке. Атомы, строящие кристаллическую решетку государства, перестали притягиваться друг к другу. И это очень опасно.

«Гомо постсоветикус» перестал даже делать вид, что он уважает и ценит ближнего. Он превратился в ракушку, мечтающую присосаться к питательному источнику и сосать его до бесконечности – сам не вылезу и других не пущу. Мы стали безразличны друг другу, единственный повод пообщаться – у кого раковина больше и дороже. Здесь лежит первопричина безуспешных попыток построения в России полноценных политических партий и гражданского общества, объяснение работы социальных и экономических лифтов в режиме ручного или коррупционного управления, социальной апатии и ее оборотной стороны – экстремизма.

Если советский человек имел ясные и понятные представления о господствовавшей на тот момент социальной парадигме, т.е. о том, что такое хорошо и что такое плохо, то «гомо постсоветикус» имеет весьма размытые представления и об обществе, в котором он оказался, и о нормах его морали. Довольно сложно получить представление о том, чего нет. Это ярко иллюстрируется тем, что обесчещенные чиновники и офицеры в последний раз стрелялись в советские времена. Причем если тогда потерей чести считался не сам факт проступка, а упавшая на твою честь тень подозрения, то ныне даже доказанная в суде подлость не является поводом пустить себе пулю в висок. Т.е. «гомо постсоветикус» имеет не только крайне неопределенные видовые признаки, он еще и крайне размыт и замылен индивидуально. Качество весьма полезное для индивидуального выживания, но смертельно опасное для социума в целом.

Можно убаюкивать себя мыслью, что это не разобщенность, а разнообразие великой страны, отраженное в сочинском олимпийском многоцветье. Но Москва, даже не в пределах Садового кольца, и любой районный центр N всего за двести километров от нее же – это не только две разные страны, это два разных мира. И люди из этих двух точек либо не ездят никуда, либо только за границу, не считая свадеб и похорон. Они не связаны между собою ничем, кроме телевизора. Отключи эти ящики по всей стране – и окончательно порвется последняя нить, связывающая нас воедино. Отсюда столь трогательное внимание к электронным средствам массовой информации со стороны власть предержащих и власть желающих.

Но в каждой из этих точек есть еще и социальная разобщенность с зашкалившим социальным неприятием друг друга. Согласно опросам «Левада центра», треть предпринимателей считают правильным не платить налоги и таким образом обворовывать своих работников и государство, а треть наемных работников считает вполне допустимым воровство на рабочем месте, неважно – государственном или частном. И это без полутонов!!! Не говоря о бытовом российском хамстве и новорусском чванстве. О взаимной неприязни чиновничества и всего остального населения просто забуду...

Следующая разобщенность – культурная и интеллектуальная, вытекающая из разобщенности информационной и образовательной. Советская школа, цензура и селекция информации имели и свою обратную, весьма положительную, черту. Даже выдающийся мозг не в силах освоить весь информационный массив, наработанный и нарабатываемый человечеством. А без лоцмана в мире информации, коим и была советская информационная политика, нельзя выбрать ее наиболее ценную и продуктивную часть. И чем авторитарней лоцман, тем больше возникает желания отправиться в самостоятельное плавание в море информации, но ты уже знаешь куда, как и за чем.

Это толкало нас к самиздату, к коротким волнам западных голосов, учило видеть информацию между строк, учило критичности и позволяло выбрать лучшее. Обрушившийся же поток несистематизированной лавинообразной информации последних лет сметает не только формирующееся сознание подростка, но и уже вполне зрелых людей. Ты уже вынужден сам выстраивать модели поиска нужной тебе информации, которые и определяют твое информационное поле, а в конечном итоге – и твою личность. Какой случайной лавиной информации тебя придавило, под такой ты и остался, и уже выбраться не в силах.

Человек лихорадочно жмет на кнопку одного и того же информационного канала, ищет в поисковике один и тот же сайт и дырявит глазами одну и ту же газету. У, казалось бы, взрослых и разумных людей в голове такой бред из комет, масонов, инопланетян, Гондваны и конца света, что идея близости конца света начинает казаться не столь бредовой и тебе самому. Мы как овцы идем, шаг за шагом, по дьявольскому плану саморазрушения.

С культурной и информационной разобщенностью тесно связана и разобщенность этническая. Ни для кого не секрет, что на Кавказе выросло целое поколение, воспитанное в лучшем случае спортзалом и имамом, а в худшем – лихой лесной жизнью и вахаббитским проповедником. После того как оттуда ушел русский учитель, никто не мог привить им не то чтобы любовь, но даже уважение к России, ее истории и культуре.

И это поколение перелилось в последние десятилетия за Кавказский хребет на территорию всей России. Его представление о ценности человеческой жизни и обязательности закона далеки даже от невысоких российских стандартов. И это наши сограждане, граждане России. Как правило, в большинстве своем эта часть граждан России не является примерным налогоплательщиком, не развивает наукоемкие отрасли, но вполне благополучно чувствует себя и в Центральной России, и на Урале, и в Сибири, приумножая процент российских безработных в люксовых автомобилях.

При этом весьма значительная их часть и не скрывает своего презрительного отношения и к России, и к ее населению. По сути, это рассыпанные по всей России угольки сбитого пламени гражданской войны на Кавказе. А в гражданской войне нет ни правых, ни виноватых, и в конечном итоге не может быть победителей. У русского народа не было положительного опыта и иммунитета совместного проживания на своей исконной территории с этими этносами. Посему эта проблема сама собой не рассосется.

И ислам здесь совсем не при чем. Вряд ли кто-то назовет проблемным совместное проживание русских с татарами и башкирами. У нас вообще нет записи о национальной принадлежности в паспорте. Мы все равны. Но если группа наших сограждан начинает формировать бизнес, территориальное проживание, выделяя из нас группу людей по одним им ведомому признаку, то это, если не национальный экстремизм, то как минимум национализм. И молча смотреть государство на это не имеет права, если оно не самоубийца.

Несомненно, ни у кого нет права лишить гражданина России его гражданства, насильно переселять, ограничивать в правах, просто унижать и попрекать национальностью. Но есть возможность и даже обязанность заставить его платить налоги, а если нет, то и наказать. Есть возможность и необходимость обязать любого (в том числе и русского гражданина) при смене места жительства постоянно платить минимальный налоговый платеж. А иначе зачем ты сюда приехал? Работать и учиться? Или бомжевать и воровать?

Любой приезжий должен платить налогов как минимум не меньше местного населения, а то и больше. А в стихийно формирующихся этнических анклавах налог на недвижимость должен стать просто не приподъемным. В основе этнической замкнутости и агрессивности лежит полулегальная схема ведения бизнеса и вытекающее из нее стремление к территориальной и организационной обособленности – со своими порядками и лидерами.

И разрушить эту замкнутость можно и нужно только экономическими и правовыми ударами. Совершил кто-то преступление из диаспоры и не понес наказания – пусть ответит неформальный лидер. Был бы человек, а вопрос к нему и его бизнесу всегда найдется, особенно в этом случае. Как следствие – либо исчезнет преступность, либо исчезнут кандидаты на роль лидеров. В итоге развалится финансовая схема внутриклановой поддержки, а с ней и ощущение своей безнаказанности и вседозволенности.

Не нравится тебе принуждение к местным законам и правилам жизни – езжай домой, хотя и там должны действовать универсальные для всей России правила. Нужна только воля и постоянная работа вместо ничего не меняющих отставок после поножовщины, стрельбы и погромов. Хочешь заставить людей уважать друг друга как равных – заставь их жить и работать по равным для всех правилам.

И это требование относится не только к межэтническим проблемам. Когда за один и тот же проступок в суде один русский получает реальных шесть лет отсидки, а другой – только два года условно, это не способствует ощущению в обществе равенства, свободы и братства. Когда про разворованное в девяностые достояние страны первые лица говорят, что всё продано-перепродано и его уже не вернуть, это тоже не способствует созданию в обществе верных ориентиров движения вперед. Нужно как минимум публичное осуждение содеянного первым лицом государства. Хрущевский доклад на двадцатом съезде нужен был прежде всего не для того, чтобы убрать Сталина из мавзолея, а для обозначения новых ценностей и ориентиров развития страны. Нет этих общих ценностей и ориентиров – нет народа, есть население.

Сейчас как никогда необходимо подвести черту под эпохой формирования «гомо постсоветикус». Так произошло, что всем своим поведением действовавшая власть говорила человеку: воруй, у тебя всё будет, и ничего тебе за это не будет; украдешь миллион – накажут, в худшем случае, на рубль; можешь, наоборот, просто честно работать и жить, но от тебя не будут зависеть ни твое будущее, ни благосостояние твоей семьи, ни судьба Родины; напашешься на миллион – геморроя получишь на миллиард.

Мне непонятно – почему до сих пор идет ясно осознаваемое дозирование и регулирование информации политической, но при этом полный хаос информации культурной. Если вы каждый день на ночь глядя показываете по телевизору свору моральных уродов, называя их «звездами проекта», успешными людьми, получающими вполне ощутимые материальные блага и известность, то по другую сторону экрана количество моральных уродов не может не расти в геометрической прогрессии.

Если вы поощряете лаять и кусаться одну собаку, то рано или поздно это начнут делать и все остальные. Из нас просто выводят породу «гомо постсоветикус». Одни социальные и этнические группы поощрялись и поощряются к численному росту, а другие, в лучшем случае, не выталкиваются из страны, что подтверждается масштабами эмиграции, уже превысившей эмиграцию начала прошлого века. Если к этому приплюсовать рухнувший уровень образования, то катастрофическое сокращение численности русского населения России окажется не единственной его катастрофой на рубеже веков.

Боюсь, мои слова прольют бальзам на душу всякого российского начальника. Верно, скажет он, я-то – о-го-го, а вот народишко мне в подчинение достался совсем... Да нет, с людьми, как с собаками, – каков хозяин, таков и пес. И не мной придумано, что «каков поп – таков приход», и уже две с половиной тысячи лет назад тринадцатую книгу своих высказываний Конфуций посвятил политической философии. Она начинается с нескольких простых, вполне обычных советов: «Цзы-Лу спросил о правительстве. Учитель ответил: «Заставь людей усердно работать, подав им пример».

От себя добавлю – не воруй, не хами, учись и думай, люби Родину и семью. Во всем происшедшем с российским народом виновна прежде всего его политическая и экономическая элита. И чтобы что-то изменить, она должна либо измениться сама, либо уйти.

В любой исторический период, в любой стране, в любом народе одновременно живут пассионарность и пассивность, патриотизм и пораженчество, оптимизм и безысходность, разобщенность и единство, вера и безверие. Вот только соотношение этих качеств всегда разное, а именно оно определяет расцвет или исчезновение, славу или поражение, процветание или нищету народа и страны. Очень не хочется для своей страны и народа второго.

Мысленно (надеюсь, пока) подводя черту под периодом выведения «гомо постсоветикус» и после ответа на вопрос «Кто виноват?», видимо, надо задуматься над вопросом «Что делать?».

Прежде всего это выравнивание территориального развития и разницы в уроне жизни. Без него о взаимном уважении и взаимной заинтересованности говорить не приходится, а как следствие – и о едином народе и стране. ЦКАД – это, конечно, здорово, но раскупоривание кубышки всей (!) страны для решения проблем самой богатой ее части кажется мне не совсем логичным. Более того, если в наиболее населенном регионе с наиболее развитой инфраструктурой реализовать новый крупный инфраструктурный проект, то и тенденция к перенаселенности данного региона сохранит свою прямую пропорциональную зависимость от его инфраструктурного роста с последующей необходимостью в новых инфраструктурных проектах.

ЦКАД надо делать, но только после того как по всей стране их будет построено не меньше десяти. А иначе проку в нем и для страны, и для Москвы – ноль. Если не подразумевать под страной и Москвой те карманы, в которые кубышка перекочует.

А вот вложить эти деньги в создание на территории России (не в Москве!) филиалов всемирно известных университетов мне кажется не лишенным смысла. Это повысит и разовьет конкурентную среду в образовании, позволит импортировать новые знания и технологии, возможно, оставит в России значительную часть утекающих мозгов. А главное – это шаг по созданию в стране класса людей истинно деятельных, а не «псевдоуспешных».

Это вполне корреспондируется и со следующей задачей. Необходима работа по изменению имиджа современного россиянина не только в глазах Запада, но и в его собственных глазах. Должна быть повышена его самооценка. Для этого он должен увидеть, что Россия – это действительно страна его возможностей, и эта страна – действительно для него.

Логичным следствием выравнивания территориального развития должно стать появление единого рынка труда с вытекающей мобильностью населения в рамках единой страны. Что в перспективе должно естественным способом свести на нет глупости вроде «большой Москвы» и ЦКАДа.

Следующая задача – создание единого информационного и культурного поля. Культура – это не только ее презентативная часть – там, где есть билет и балет. Это не только проблемы «Большого», «Ленинки», Пушкинского и Эрмитажа, про которые можно приятно поговорить с президентом. Это прежде всего культивирование общего культурного кода огромной страны. Это качество и доступность получаемой человеком каждодневно информации, полный, доступный и высокий стандарт образования, правовая и этическая грамотность, качество среды обитания, формирование ясных, понятных и, главное, достижимых перспектив для каждого.

И не последняя, но самая важная задача. В постсоветский период мы как черт от ладана шарахались от любых идей социального переустройства мира, выбрав идею «до сытого брюха счастье само приде». Выбирали эту идею развития не умом и даже не сердцем, а пустому брюху она показалась наиболее продуктивной. Но сытость, ввиду своей относительности, оказалась недостижимой для большинства, а счастье – даже для безусловно сытых трех процентов россиян – оказалось тоже необязательным.

В обществе, как и в семье без детей и общих интересов, осталась общая однокомнатная квартира, не дающая разъехаться, но и взаимной любви не прибавляющая. Не может быть великой страны (а мы пока, по инерции, еще такая) без общей великой идеи. У Америки есть Декларация независимости, вера в бесконечную Свободу и победу демократии, у Франции есть вечные ценности Республики, у Англии вера в незыблемость и вечность Британской короны, у Китая весь мир тысячелетиями вращается вокруг Поднебесной. А что у нас?

России всегда была уготована роль мессианская. Но если раньше это было мессианство, несущее свои идеи вне себя за свои пределы, зачастую забывая о своих внутренних интересах, то теперь это должно быть мессианство хранителя. Хранителя своего народа, хранителя истинно человеческих ценностей, истинного христианства и истинного ислама, хранителя истинного права во взаимоотношениях между народами. Как сверхзадача – быть моральным лидером мира.

Ничто не заставит каждого гражданина нашей страны, вне зависимости от его национальности, любить и уважать нашу Родину лучше, чем это сделает воплощение в жизнь лозунга «Россия и русские – это круто!». Но для этого мы должны в это сами поверить, перестать быть «гомо постсоветикус». 

 
КОММЕНТАРИИ К ЗАПИСИ:
Нет комментариев

Оставить свой комментарий

 
ЛУЧШИЕ СТАТЬИ РУБРИК