По данным МВД

 
Украл – выпил – в тюрьму… автор: Юрий Рычков

Пункт 26 статьи 12 федерального закона «О полиции» предписывает органам внутренних дел отслеживать дальнейшую судьбу лиц, вышедших на свободу из мест заключения, и контролировать поведение осужденных, чье наказание условно, не связано с лишением свободы и состоит лишь из некоторых запретов и ограничений. Иными словами, закон обязывает нас вести кропотливую работу по профилактике повторных преступлений, совершаемых ранее судимыми гражданами – так называемой рецидивной преступности.

 

По состоянию на 1 марта из почти 19 тысяч ранее судимых лиц, состоящих на профилактическом учете в полиции, сумели устроиться на работу чуть более 9,5 тысячи (только 51%).

 

 

Вопрос не праздный. По состоянию на 1 марта 2012 года на профилактическом учете в территориальных отделах внутренних дел Тверской области числилось более 30000 лиц (различных категорий), из которых без малого 13000 – те, кто недавно освободился из мест лишения свободы, и почти 6000 – осужденные, чье наказание не связано с изоляцией от общества.

Что это за люди? Чем на самом деле они занимаются? Что толкает многих из них к совершению новых преступлений? И какова роль государства и общества (наша с вами роль!) в происходящем? Попробуем разобраться. 

…Основным признаком рецидива,в соответствии со ст. 18 УК РФ, является «наличие у человека хотя бы одной не снятой или не погашенной судимости за предыдущее умышленное преступление». Для рецидивной преступности характерна повышенная общественная опасность – тяжкие последствия, криминализация значительной части населения, негативное влияние на общество в целом. Доказано, что интенсивность рецидива напрямую зависит от времени, прошедшего с момента освобождения гражданина из мест лишения свободы, и – в не меньшей степени – от характера понесенного им ранее наказания.

Наибольшее число повторных преступлений (около 60%) совершается в течение первого года после выхода вчерашнего заключенного на свободу. 20% рецидивистов совершают новое преступление, еще находясь «на зоне». На втором году после освобождения процент падает до 30, на третьем – до 15. Выводы делаем самостоятельно.

Другая интересная тенденция – значительное «омоложение» рецидивной преступности. Если совсем недавно среднестатистический возраст рецидивиста составлял от 40 лет и старше, то в последнее время 77% совершают повторные преступления в возрасте от 19 до 35 лет!

Третье важное обстоятельство: статистика фиксирует тесную связь рецидивной преступности с так называемыми «социальными пороками» – пьянством (около 80%), наркоманией (до 30%), психическими отклонениями, вызванными алкоголизмом (60%).

И еще. С 1 июля 2011 года вступил в действие федеральный закон №64 «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы», действие которого направлено на предупреждение рецидива среди тех, кто имеет непогашенную судимость за совершение преступлений против половой неприкосновенности и свободы несовершеннолетних (для этой, особенной, категории тема особенно актуальна). Сегодня административный надзор осуществляется в отношении 114 таких граждан. В суды области по нашей инициативе направлены исковые заявления, в которых указана необходимость контроля в отношении еще двухсот граждан, совершавших в прошлом подобные преступления.

…Криминальная психология рассматривает и изучает личность рецидивиста при помощи того же набора признаков, что и любого другого преступника. Но отрицательные значения свойств личности, вытекающие из взаимодействия с социальной средой (невысокий уровень образования, отсутствие семьи, постоянного места жительства, работы и учебы), деформированное нравственное и правовое сознание у рецидивистов проявляются ярче, чем у тех, кто совершил преступление впервые. Именно поэтому основной проблемой и задачей, стоящей перед государством, правоохранительной системой и обществом, является социальная адаптация граждан, освобожденных из мест лишения свободы.

Не нужно всю жизнь работать в правоохранительных органах или быть практикующим психологом, чтобы понимать: поведение бывшего осужденного напрямую зависит от того, в каких жизненных условиях и обстоятельствах он оказался, очутившись на свободе. Конечно, не стоит сбрасывать со счетов и то, насколько велико желание конкретного человека изменить свою жизнь (понятно, что истории и судьбы бывают разные!). Но имеются ли у каждого из них реальные возможности? – вот главный вопрос, на который нужно отвечать честно.

Отбывая наказание за решеткой, человек, как минимум, имеет гарантированный кусок хлеба и крышу над головой. А оказавшись за воротами исправительного учреждения? Не все и не всегда. У многих нет семьи и дома, и поголовно у всех – независимо от профессии и квалификации – нет (и не предвидится!) мало-мальски приличного постоянного места работы.

Помощь в трудоустройстве бывшим заключенным оказывает государственная служба занятости, но услугами ведомства люди пользуются неохотно, потому что, как правило, им предлагают самые непопулярные и низкооплачиваемые вакансии. У многих вообще нет никакой профессии, да и мало кто из руководителей готов нанимать на работу вчерашних «зэков». В свою очередь, полиция тоже не может дать твердые гарантии работодателю, что бывший заключенный не подведет его «под монастырь». Вот и выходит, что большинство этих людей очень быстро оказывается перед дилеммой: трудиться честно за копейки (без перспектив и, зачастую, в унизительных условиях) или вернуться к своему прибыльному криминальному ремеслу.

…Недавно мы провели анализ, который красноречиво свидетельствует о плачевных результатах работы с бывшими осужденными.

В январе и феврале 2012 года на территории Тверской области ранее судимыми гражданами было совершено 462 преступления, более половины из них относятся к категории «имущественных».

По состоянию на 1 марта из почти 19 тысяч ранее судимых лиц, состоящих на профилактическом учете в полиции, сумели устроиться на работу чуть более 9,5 тысячи (только 51%).

За два первых месяца этого года из мест лишения свободы освободился и был взят на профилактический учет полицией 201 человек; трудоустроено – 58; помощью службы занятости воспользовались лишь два (!) гражданина, остальные нашли работу самостоятельно.

 В прошлом году администрацией Тверской области был принят закон, обязывающий предприятия и организации выделять рабочие места для тех бывших заключенных, кто особенно нуждается в социальной защите. Вроде бы, правильная идея и хорошее дело. Но к началу 2012 года предприятиями региона бывшим осужденным было предоставлено только шесть рабочих мест!

Дело в том, что в законе прописали неудачное минимальное соотношение – 0,5% на 100 единиц штатной численности предприятия (которым многие руководители, по-видимому, не преминули воспользоваться). Нам удалось убедить членов областного правительства, что в таком виде закон недееспособен, и процентное отношение квот к штатной численности нужно увеличивать в разы.

   С ноября 2007 года в Твери на базе ГУ «Дом милосердия» успешно действует «Бюро социальной реабилитации для лиц, освободившихся из мест лишения свободы». Проект реализуется силами УВД, регионального управления УФСИН и нескольких общественных организаций. В базе сообщества числятся более 2000 человек, ежегодно за помощью обращаются до 250. Хороший опыт, который можно смело распространять по всей области – региональные власти уже рассматривают такую возможность.

 То есть говорить о том, что работа по трудоустройству, поддержке и социальной адаптации бывших осужденных в Тверской области не ведется вообще, было бы несправедливо. Но упрямая статистика говорит о другом, становится ясно: предпринимаемых мер попросту недостаточно.           

 Осмелюсь предположить, что для того чтобы раз и навсегда разомкнуть этот порочный круг, необходимо как можно скорее принять всего один нормативный акт – определяющий порядок взаимодействия пенитенциарных (исправительных) учреждений, государственной службы занятости и органов исполнительной власти. Такой документ вполне может быть разработан и принят региональным Законодательным собранием.

Ведь очевидно, что работа по возможному трудоустройству гражданина, отбывающего наказание, должна начинаться задолго до его освобождения. Чтобы требовать эффективной работы по подбору вакансий, нужно заблаговременно информировать службу занятости о специальностях, которыми владеют выходящие на свободу люди. А исправительные заведения в силах самостоятельно изучить рынок труда и выявить ниши, которые могли бы заполнить (в том числе и получив новую профессию за колючей проволокой) бывшие заключенные.

У меня вопрос: что мешает нам это сделать?

 

 
КОММЕНТАРИИ К ЗАПИСИ:
Нет комментариев

Оставить свой комментарий

 
ЛУЧШИЕ СТАТЬИ РУБРИК