Идеологический аудит

 
Сексуальная контрреволюция автор: Михаил Флигельман

14 мая 2011 года в городе Нью-Йорке был арестован директор Международного валютного фонда Доминик Стросс-Кан. Произошло событие, несмотря на его внешнюю заурядность и даже некоторую вульгарность, претендующее стать вехой в мировой истории. Сексуальная революция, о которой так долго говорили не только большевики, завершилась полной и окончательной победой сексуальной контрреволюции. Человечество в опасности!

Что в сущности произошло? Немолодого человека, имеющего заслуги не только перед своим французским отечеством, сажают сначала в тюрьму (хорошо еще, не в общую камеру), потом – под домашний арест, только на основании заявления некой гражданки Республики Гвинея о попытке ее изнасилования. И светит гражданину Стросс-Кану, причем реально, от 7 до 74 лет тюрьмы!

Конечно, высока вероятность политической провокации с целью устранить реформатора мировой финансовой системы и потенциального президента Франции. Политика – грязное дело, все средства хороши. Но какая тема провокации была выбрана? Естественное стремление человека к близости с представителем противоположного пола. Впрочем, на Западе это уже не совсем естественное стремление. Политкорректность и толерантность перечеркнули многие натуральные инстинкты.

В принципе, терпимость к более слабым и создание для них условий благоприятствования – это лучше, чем нетерпимость и отсутствие равных возможностей. Но перебор в любом деле, даже в самом благом, всегда чреват. Терпимость, например, к гомосексуализму переросла на Западе в его пропаганду, уважение к правам животных отчасти заменило детородный рефлекс, а равноправие полов трансформировалось в их нейтрализацию. Дело доходит до анекдотов. Министерство обороны Швеции выпустило специальную памятку о защите чести и достоинства девушек.

Цитата: «В большинстве подразделений мужчины и женщины спят и принимают душ совместно. Если вас смущает, что нужно идти принимать душ вместе с представителями противоположного пола, то можно отгородиться занавеской. Кроме того, предусмотрены полотенца двух размеров, требуйте в каптерке большое полотенце…». Эротично? В вуаристическом варианте – да. В натуральном – вовсе нет, потому что оберегаются права только женщины, мужчина, всё еще почему?то считающийся представителем сильного пола, оказывается в унизительном положении. Любой его косой взгляд в сторону занавески, не говоря уже о раскрытом рте или каких?то других реакциях, будет приравнен к сексуальному домогательству со всеми вытекающими…

Если не доводить дело до абсурда шведских королевских вооруженных сил, то, в принципе, выжить можно. Я разговаривал с экспертом в области семейных отношений и разводов, членом Нью-Йоркской международной федерации коучинга Алексом Горном. Он выслушал мои опасения по поводу отсутствия у них там секса и произнес очень ассоциативную фразу: «В Америке секс есть!». При этом пояснил, что для своей безопасности мужчина должен быть осторожен и соблюдать определенные правила. Не предлагать секс в первый день знакомства, не быть пьяным при таком предложении, не трогать руками плохо знакомых женщин и не говорить им фривольные вещи.

То есть для того, чтобы вступить в связь, нужно быть не мачо, а джентльменом. Для молодых людей правила игры помягче, если же мужчина намного старше потенциальной партнерши и к тому же занимает какое?то видное положение, он должен быть предельно бдителен – возможны провокации на предмет карьерного роста или получения отступных. «Так что Доминик Стросс-Кан просто потерял бдительность, если даже не дотрагивался до горничной», – заключил американский специалист.

Тогда всё понятно и с Билом Клинтоном, и с Сильвио Берлускони, и с Романом Полански, и с Эфраимом Кациром, и с многими другими известными и безызвестными жертвами сексуальной контрреволюции на Западе. Они из группы риска. И не только потому, что за ними охотятся. Они сами зачастую идут на обострение. Повышение социального статуса автоматически повышает самооценку, в том числе и сексуальную. Многим успешным мужчинам начинает казаться, что они могут обладать любым человеком (женщиной) и их все хотят.

Почему же тогда нет сексуальных скандалов в высших эшелонах власти в России? Злоупотребление властью есть, коррупция есть, дворцы на Рублевке и Лазурном берегу есть, а аморальности нет – странно как?то. Заниженная самооценка или завышенные моральные принципы? А может, сублимация? Нет. Всё проще: неразвитость гражданского общества предполагает кулуарное решение всех вопросов, в том числе и сексуально-карьерных.

Ну какой стажерке из нашего Белого дома придет в голову мысль рассказывать о своих интимных отношениях со своим шефом-министром прессе или полиции? Всё можно решить в кабинете, не обязательно овальном. И полицейский не примет такого заявления. Нет у нас традиции высокое начальство без указания от еще более высокого начальства просто так по заявлению горничной или секретарши в камеру отправлять.

Впрочем, у нас и в средних эшелонах власти, и в нижних, и в бизнесе любого масштаба – везде, где существует служебная зависимость, есть вероятность ее злоупотребления, в том числе и сексуального характера. Это не тотальное явление, но встречается.

Между тем по мере развития постиндустриального общества и в нашей стране идут серьезные изменения в гендерных отношениях. Вовлеченная в конкуренцию женщина развивает в себе качества, до недавнего времени считавшиеся исключительно мужскими, – силу воли, энергичность, настойчивость, жесткость. Женщины уже опережают мужчин по уровню образования. Мужчины, наоборот, сталкиваясь с неотвратимостью конкуренции, интуитивно становятся более гибкими и компромиссными.

В этом нет ничего страшного, и в политкорректности с толерантностью, которых нам так не хватает, тоже. С плавным переходом к гражданскому обществу у нас всё это будет. Но в каком виде? Хочется без западных перегибов. Самое интересное, что это вполне возможно. Уникальное евразийское положение России позволяет ей быть адекватной. То есть гомосексуалисты тоже люди, гей-парады можно, но далеко за городом. Феминизм имеет место быть, но к мужчинам с колющими и режущими предметами не подходить!

А Доминика Стросс-Кана все таки жалко. Вдруг получит по полной – 75 лет, выйдет на волю, а мир изменился: из УК всех стран убран пункт «изнасилование» и даже «попытка изнасилования», секс стал нормой жизни. Но только виртуальный.

 
КОММЕНТАРИИ К ЗАПИСИ:
Нет комментариев

Оставить свой комментарий