Культура

 
Тверские променады автор: Татьяна Куюкина
Количество рекламных тумб на Трехсвятской, их немасштабность застройке, агрессивность контуров, «весовая категория», наполнение смыслами – все противоречит характеру этой, по сути «домашней», улицы. Этакое шествие семейства боевых слонов по посудной лавке
Летом, как обычно, приезжало много гостей. С удовольствием бродила с ними по Твери, которую люблю и архитектурой которой горжусь. Часто вижу на лицах моих vis-a-vis изумление и радость открытия. Неудивительно – наш город несколько десятилетий скрывался под «псевдонимом»; немногие могли догадаться, что под именем «Калинин» таится старинный, с богатой историей и прекрасной архитектурой, город, ставший в XVIII столетии эталоном для губернских городов Российской Империи. Да и действительно, в архитектурном плане с Тверью мало что может сравниться в череде региональных центров нашей страны.
В самом деле, Тверь к прогулкам располагает и предлагает маршруты не на один вечер. История, архитектура, Волга, красивые виды, толерантная молодежь, кафешки, музыка… Летом по городу хорошо гуляется. Гости, как правило, Тверь хвалят: мол, красавица – одни из вежливости, другим действительно нравится, у третьих даже прорываются нотки зависти (белой, по большей части). Иногда особо понимающие в городском устройстве отмечают отдельные удачи и досадные промашки, касающиеся, как правило, современных вмешательств.
Не скрою: своих гостей я умею хитро провести по городу.
Но я-то здесь живу! Потому мой взгляд придирчивее постороннего; да и совершенства уж очень хочется.
На родине Сергея Лемешева поставили в угол. Другого места не нашлось? За что же так? Он жил или бывал в этом доме? Его квартира за той стеной? Кто и как выбирал площадку? Какой экспертный совет согласовал? Достойно ли это сделано по отношению к памяти вел
 
Мы настойчиво деформируем собственную историю и культуру, портим вкусы, замусориваем не только городской ландшафт, но и – прежде всего – человеческие мозги, превращаем своих сограждан в маргиналов и с упорством добиваемся звания «периферия».
 
Комментарии
 
Виталий Синода
Главный государственный санитарный врач по Тверской области
Я хотел бы пожелать руководителям г. Твери собрать вокруг себя как можно больше талантливых людей, которые могли бы предложить новые креативные идеи и помочь воплотить их в жизнь. Ведь недаром у русского народа существует поговорка: «Один в поле – не воин!». Когда руководитель сплачивает вокруг себя такую команду единомышленников, то результаты от работы получаются на порядок выше, все насущные проблемы решаются быстрее и легче!
Еще можно пожелать градоначальникам почаще общаться с жителями города в неформальной обстановке, быть к ним ближе! Таким образом можно увидеть все проблемы изнутри, прочувствовать многие ситуации на себе и помочь решить те вопросы, о которых никогда не узнаешь, сидя в кабинете. Когда, как простой обыватель сталкиваешься с неувязками, барьерами в какой-то отдельно взятой сфере, то сразу же понимаешь, как нужно исправить ситуацию и что конкретно для этого необходимо предпринять.

Испокон веков главным фасадом любого города, где река являлась градообразующим началом, становились ее набережные. Так когда-то случилось и в Твери. В средневековом городе Волга стала основной планировочной осью, на которую были нанизаны главные функциональные комплексы города. В XVIII веке Никитин подчеркнул градостроительную роль реки, проложив главный луч нового центра параллельно ее течению.

Посмотрите на старые гравюры: на большинстве из них изображены волжские набережные как визитная карточка города. Тверь так же была узнаваема в первую очередь по прибережным видам. Разновысотные и разнофункциональные здания набережных хорошего архитектурного качества (а именно таковые выходили на главные городские фасады) перемежались зеленью деревьев и пестротой цветочных куртин, оживлялись перекличкой лодочников и плотогонов, суетой рыбников и торговцев, ритмичным шагом бурлаков, гомоном детишек и зевак… Все это вместе сливалось в своего рода занимательные живые картины, сопровождаемые неспешным плеском волжских вод. По тверской акватории Волги было интересно плыть: виды реальной жизни и прекрасные ландшафты сменяли друг друга, соперничая в своей привлекательности. Путешественники неизменно отмечали красоту волжских набережных и выразительность городского силуэта.

Свое градообразующее значение Волга не утратила и в наши дни. Но попробуйте нынче присмотреться к ее берегам. Радующих глаз впечатлений получится лишь минут на десять-пять – пока плывете между двумя мостами – Старым и Новым. А дальше – уйдете с палубы – на задворки предприятий, разруху и мусор глаза б не глядели!

Набережная Афанасия Никитинаспасается обильным озеленением и цветущими по весне каштанами. Что и говорить – настоящей архитектуры здесь немного. Однако сквозь плотный зеленый массив робко проглядывают видовые фрагменты, полноправно претендующие на достойную презентацию классического города: Покровский собор Отроч монастыря, городской усадебный комплекс за памятником Афанасию Никитину и Речной вокзал. Архитектуры прошлого столетия (именно архитектуры, а не строительства) в Твери вообще ничтожно мало.

Однако этот пробел в определенной мере компенсирует прекрасный ансамбль Речного вокзала, возведенный в 1930-х гг. на месте разрушенного ранее Отроч монастыря и достойно оформивший образуемую слиянием Волги и Тверцы стрелку! Он служил когда-то прекрасным акцентом городского ландшафта и, безусловно, обогащал тверские прибрежные виды спокойными пропорциями и ритмичным хороводом колоннады. Впрочем, сегодня комплекс Речного вокзала, оказывавший прежде доминирующее влияние на волжские и затверецкие береговые застройки, похоже, умирает. Не этот ли печальный процесс стыдливо прикрыт пышной зеленью?

Зато в одном из октябрьских выпусков одной из тверских газет, ссылающейся на слова весьма высокопоставленного областного руководителя, говорится буквально следующее: «…городской пляж должен стать одной из визитных карточек областной столицы». Да что ж мы, Анталия, что ли, или Хургада (прости господи!) какая-нибудь? А я-то, девушка наивная, думала, что живу в старинном русском городе с почти тысячелетней историей и первоклассной архитектурой, а не на прибрежной целине далекого моря. Но вот беда – не знаю кому – газете или высокопоставленному лицу задать свой вопрос.

Объективности ради признаюсь, что я не против благоустройства пляжа, как и вообще не против окультуривания прибрежных территорий протекающих по городу рек, да и города в целом. Я в целом не против культуры. Хотя жизненный опыт мне подсказывает, что в наше время у этой требовательной и капризной дамы поклонников в эшелонах власти немного.

Набережная Степана Разина – безусловный шедевр провинциального градостроительства, особенно в ее восточной части. Однако факт ее художественной выразительности, похоже, не очень осознается современным сообществом тверитян. Здесь тоже активно применяется прием цветомаскировки. Почему Екатерининский дворец спрятан за высокими деревьями, непонятно разве что ленивому. А вот зачем «единая фасада», от взгляда на цветовую игру, живой и пластичный бег которой теплеет душа, загорожена больными липами, объяснить можно только… ну не знаю даже, чем!..

«Единая фасада» волжской набережной – один из лучших видов центральной России; изящная линия ее силуэта естественно вписана в береговой пейзаж, как удачно найденный парафраз. Не новодел, не евроремонт, а сохранившийся, цельный в своей выразительности, подлинный образец национального градостроительства классической эпохи, ставший эталоном архитектурного оформления набережных в городах старой России. Своего рода городская изюминка.

Но сквозь общий хаос сегодняшней набережной удалось пробиться лишь кинотеатру «Звезда» да так называемому «Дому Ворошиловского стрелка». Здания эти совсем неплохи, но не они заказывают музыку на этом пространстве. К тому же по набережной просто физически трудно ходить без риска подвернуть ногу. Сегодня это ухабистая, заплеванная (остальные выделения человеческого организма, имеющие здесь место, добавьте сами, уважаемые читатели) и замусоренная территория с выбитыми секциями и разносортными заплатами повалившейся ограды (хорошо – не из сетки «Рабица»), с липкими скамейками, с заросшими бурьяном откосами, на которых цветочная надпись «Мы любим Тверь» выглядит довольно цинично. Территория от моста до моста заполнена китчем, разнокалиберными времянками, пивным смрадом и запахом дешевого fastfood’a. Никого не беспокоит этот «ароматный букет» с нотками подгоревшей пищи сомнительного качества и густым пивным настоем?

Волнует содержание и облик центра Твери.

Что такое центр города в принципе? Это особое место в городском организме, которое важно, по той или иной причине, абсолютно для всех его жителей; через него проезжает или в нем бывает каждый из нас. Сюда стремится молодой и старый, приезжий и коренной тверяк, блондин, брюнет и рыжий. Здесь происходят главные городские события и случайные встречи, решаются насущные вопросы. По его гостеприимству, его благоустроенности, информативности запоминают наш город и его гости. Центр города – это та самая «картина маслом», которая воспринимается как ОБРАЗ МЕСТА, потому что это квинтэссенция. У центровой территории есть своя уникальная функциональная, историческая, социальная, а если хотите – художественная и даже воспитательная нагрузка. Суть ее заключается в том, что смысловое наполнение центрального городского пространства, его функциональная состоятельность, комфорт и внешний вид должны максимально отвечать множественным запросам.

Центр – это город в городе. Он обеспечивает всеобщие праздники и будни, возможность выбора досуга и доступность нанятых для этого управляющих. Значит, помимо административных зданий, предприятий связи и транспортной доступности, по всему центру должны быть раскинуты удобно сгруппированные гостиницы, сувенирные лавки, палатки и киоски, музейчики и музеи (согласно данным госстатистики, – самые посещаемые из учреждений культуры), мастерские традиционных промыслов и современных творцов, выставочные залы, художественные салоны, кафе на разные вкусы и кошельки, кинотеатры, дискотеки, музыкальные залы и театры, клубы, разнообразные магазинчики, памятные знаки, скульптурные памятники и мемориальные доски, говорящие о том, чем гордятся горожане, зеленые оазисы, видовые точки…

Ну уж точно среди местных обывателей и гостей древнего города Твери не сильно велик спрос на услуги гарнизонной гауптвахты или военкомата! Право же, в историческом центре излишне много зданий занято, к примеру, военными учреждениями; порой думается, будто Калининский гарнизон и есть управляющая компания Твери. Или (не дай-то бог!), может быть, военная прокуратура отвечает за обеспечение досуга горожан?

Да и по назначению ли эти узкоспециализированные институции используют находящиеся в их ведении здания исторической и неисторической застройки? Например, Дом офицеров – бывшее Дворянское собрание – с одним из самых красивых и акустически грамотных залов города давно превратился в траурный зал для одних, кружок кройки и шитья – для других и кошачий выставочный зал – для третьих; гармония в таких случаях сразу умирает. Одним словом, на мой взгляд, в центре города должны располагаться такие заведения, дверь в которые открывается на дню по сто раз, потому что потребность в них есть у многих, а не только у тех несчастных, которых «черный воронок» привозит к военному трибуналу. Как следствие вышесказанного встает вопрос: насколько эффективно распоряжаются общегородской собственностью те самые нанятые народом управленцы? Должна же быть в их действиях, в их тактике и стратегии развития города хоть какая-то доля неличного прагматизма!

В последние годы Трехсвятская заслуженно стала одним из любимых мест времяпровождения; на ней мы все становимся немножко отдыхающими. Не буду обсуждать степень оригинальности, организацию пространства и благоустройства улицы в целом, так как понимаю, что это самое благоустройство, к сожалению, осуществлено – говоря словами архитектора Жоголева – по принципу «необходимого, а не по принципу достойного». Однако, не имевшие ничего подобного прежде, мы рады и этому. Пока.

Но под критерий необходимости не подпадает, к примеру, недавняя установка рекламных тумб вдоль променада улицы. Подобные же тумбы стоят на Тверской улице в Москве. Вспомните ее ширину, высоту и протяженность гранитных фасадов зданий, наконец, скорость передвижения и функциональную напряженность. А теперь сравните с Трехсвятской. Количество тумб, их немасштабность застройке, агрессивность контуров, «весовая категория», наполнение смыслами – все противоречит характеру этой, по сути «домашней», улицы. Этакое шествие семейства боевых слонов по посудной лавке, не иначе!

Еще один фрагмент Трехсвятской. Теперь уже – «из разряда достойного» (мы иногда позволяем себе эти радости, правда, стихийно). Установка разного рода пластических объектов, несомненно, относится к этой категории. Вот бюст Сергею Лемешеву. Что мне в нем нравится, так это негромкость. Да и то правда – пафосный памятник душевно-лирическому герою не к лицу – сам-то он о себе громко не кричал. В его времена не было ни агрессивной рекламы, ни понятий «имидж», «раскрутка», «формат – не формат». Свою нешуточную славу и даже поклонение обрел за то, КАК и О ЧЕМ пел. А на родине его поставили в угол: память увековечили, называется! Другого места не нашлось? За что же так? Он жил или бывал в этом доме? Его квартира за той стеной? Кто и как выбирал площадку? Какой экспертный совет согласовал? Достойно ли это сделано по отношению к памяти великого голоса России? Опять не знаю, кому задать вопрос…

У меня есть одна знакомая москвичка – интеллигентка старой закваски – сейчас ей 102 года. В 1920-х годах она неоднократно гостила в Твери у своей тетки, жившей на Трехсвятской улице. Ее рассказы о Твери тех лет наполнены дивными запахами садов по дороге с вокзала, ощущением уюта и доброты тверской атмосферы, вкусом медовых пряников с печатью «ВиноградовЪ», выпускавшихся некогда в Твери, ароматом свежего хлеба из той знаменитой булочной, что и сохранилась до наших дней, превратившись в расхожий магазин с по-советски равнодушно-хамоватыми продавщицами.

Бульвар Радищева – тоже из любимых городских мест: своего рода рекреационная зона. К сожалению, спокойный прогулочный шаг по нему прерывается магистралью Тверского проспекта, переход через который подобен занятиям экстремальным спортом. Но вряд ли сейчас можно исправить это старое решение, поэтому оставим эту тему в покое. Не буду касаться и внешнего вида киосков, оставляющего желать лучшего.

Здесь главное – «шопинг». Он слегка приправлен эстетикой, за которую «отвечают» скульптуры малых форм, выполненные профессиональными ваятелями и доставшиеся городу, некогда проводившему общероссийские пленэры. Но почему не без вальяжности устроился здесь Михаил Круг, сфабрикованный неким «народным умельцем»? Ни возводившим бульвар, ни жившим в его домах и в страшном сне не могло бы привидеться, что «благодарные» потомки поставят здесь памятник человеку, воспевшему мир, об идеалах, вкусах и «героях» которого было не принято говорить в приличном обществе. К тому же вульгарность облика, пластилиновая пластика, случайность «композиционного решения», отсутствие портретного сходства этого растолстевшего то ли «полу-Черчилля с гитарой», то ли «полутетки какой-то» позволяет мне исключить вышеупомянутое изделие из числа арт-объектов города и из разряда «достойного». Да и «необходимого» – тоже. Этому образчику, пожалуй, подойдет место в «Перечне постыдных фактов нашего городка».

Порой мне кажется, что те, кто поставил памятник Кругу на бульваре Радищева, Тверь не любят, так как испортили бульвар. Да и самого Круга ценят ли, коли выставили на всеобщее раздражение. А уж если сравнить с Лемешевым – становится неуютно от догадки, кто заказывает музыку в нашем королевстве.

Разве не должны мы достойно представлять достойных?

Скульптурные объекты, о которых мы говорим, возводятся в принадлежащих всем нам городских площадках. Памятник – будь то архитектура или скульптура, – поставленный в открытом пространстве, апеллирует ко всем и каждому, через эпохи, поскольку делать это он будет не только сегодня, но и завтра. Если вдуматься в это, то мы поймем, что памятники любого рода – самое массовое искусство, которое придумало человечество. Становится ясным, почему возводятся они из «вечных» материалов и приглашаются для их исполнения лучшие специалисты, для них тщательно выбирается место и специально организуется пространство, тщательно обдумывается тема, используются проверенные технологии и камень подбирают покрепче. Установка памятников в общественных местах – дело чрезвычайно ответственное и совсем не дешевое.

В былые времена установку памятников называли «монументальной пропагандой». От словосочетания веет холодом. Но суть-то не изменилась. Этот процесс проходил жесткий не только идеологический, как любят писать газеты, но и профессиональный контроль. Будь то скульптурный монумент, небольшая парковая скульптура или простая бытовая «зарисовка» – это всегда общественное высказывание на тему своего времени, его героев и вкусов. Хотим ли мы выглядеть неграмотными, агрессивными, попирающими свою историю, выбирающими ложные идеалы, обращающимися со своим городом, как с площадной девкой? Что же получается сегодня? Наша практика в «сфере достойного» приводит к неутешительным выводам.

Не успев разобраться с памятниками советского периода и безжалостно напихав в сложившуюся среду городского центра все что ни попадя, живенько накрутили мы новых бед. В средневековом посаде поставили памятник жертвам репрессий XX века, главного героя нашей средневековой истории Михаила Тверского утвердили в городе Екатерины II, в классической же части города – памятник маргинальному (если не сказать – криминальному) певцу Кругу, а бюст всесоюзной славы – певца Лемешева – прячем в случайный угол. Вместе с тем Екатерине II памятников нет вообще, хотя мы до сих пор живем в городе, отстроенном ее волей (до революции в Твери ей было установлено в разное время четыре сменявших друг друга памятника), вовсе забыли просвещенную тверскую генерал-губернаторшу, незаурядную женщину, патриотку, екатерининскую внучку – великую княгиню Екатерину Павловну, широко известную в Европе и в России своей благотворительностью (в Твери об этом даже не говорят, поэтому, видимо, и областной знак за благотворительность носит имя замечательной героини, правда, жившей в те времена, когда и понятия-то «благотворительность» не существовало), совсем не вспоминаем русских зодчих (П. Никитина, К. Росси, М. Казакова, как и архитекторов, поднявших Калинин из руин после войны, и др.), создавших архитектурную среду города. В городе совсем отсутствуют мемориальные доски, словно в Твери не жили выдающиеся личности (сегодня память о них удерживается лишь в музейных экспозициях да записках краеведов). Здания, радующие глаз, позволим загородить безвкусными времянками и отчитаемся о содеянном лукаво: по принципу «нормально, Григорий…Отлично, Константин!»

Представляете, какую кашу мы заварили за последние два десятилетия? Так мы творцы или геростраты? Что будет твориться в умах современников и потомков, глядящих на наши «эксперименты?»Устраивая (или допуская) эту путаницу, мы настойчиво деформируем собственную историю и культуру, портим вкусы, замусориваем не только городской ландшафт, но и – прежде всего – человеческие мозги, превращаем своих сограждан в маргиналов и настойчиво добиваемся звания «периферия».

Тверь, в которой мы сегодня живем, создавалась в золотой век русской культуры. Вопреки войнам, разрухе, волюнтаризму и безвкусице властей, уверенных, что в своем отечестве пророков, кроме них, нет, личным амбициям отдельных архитекторов, строительной халтуре периода застоя, онемевшей сегодня общественности, внешнему равнодушию горожан, думающих, что хорошо только там, где их нет, Тверь пока еще сохраняет черты своего изысканного и строгого стиля, заданного 250 лет назад Петром Романовичем Никитиным, поддержанного Карлом Росси и продолженного известными и безымянными зодчими XIX и XX веков, работавшими в нашем городе.

Мне кажется, что проблема актуализации старого города и исторических памятников, разбросанных по всей территории Твери (милые домики в стиле модерн, конструктивизм, «морозовский городок», отдельные деревянные постройки), создание культурных центров в новых районах – задача чрезвычайно важная в плане городской политики. Вдохновляющие примеры есть и в мировой практике. Приведу лишь два из них. Исторический центр французского городка Амьен был полностью разрушен в годы второй мировой войны. Уцелел лишь знаменитый кафедральный собор – выдающийся памятник средневекового зодчества.

Десятилетие спустя, отстраивая центр города практически заново, архитекторы, деликатно выдержав почтительное расстояние от собора, поставили напротив него не соперничающее по высоте очень простое здание (культурный центр), верхние этажи которого застеклили синими мутноватыми зеркалами. В них узнаваемо отражаются не только светлые облака и пролетающие по небу птицы, напоминая о беге времени. Но главное – зеркала отражают верхние ярусы столь важного для исторической памяти горожан храма, утверждая незыблемость Красоты. Благодаря этому несложному архитектурному приему старинный собор перестал быть одиноким в пространстве современного города, его исторический образ умножился, породив необходимые метафоры и подчеркнув значение собора как городского символа. Достойный, на мой взгляд, образец уважения к прошлому, осуществленный вопреки физическому уничтожению. Второй, по сути противоположный, пример: разрушенный дотла варшавский исторический центр – «Старо място» – восстановлен со скрупулезной точностью после второй мировой войны. Теперь исторический центр Варшавы внесен в список охраняемых ЮНЕСКО городов.

Конечно, культура усложняет мир. В этом заключается ее прекрасная и нелегкая миссия. Но в мире простом, где все разложено по ящичкам да полочкам, нет движения. В остановившемся времени незачем развиваться. Один черт: пленен ты или свободен, есть у тебя национальное или личное достоинство, полный ли ты манкурт, какой режим политический, экономический или погодный на дворе… Почему сегодня тиха общественность и не видно гражданского общества? Только ли из-за экономических проблем замыкаемся в себе? Не потому ли, что не чуем корней, не знаем, на что опереться в национальном (в том числе и тверском) прошлом, а потому уходим и от современности? Что подадут, то и съедим? Переставая быть гражданами, не отвечаем за свою страну и свой город. Не видя картины мира и своего места в нем, – теряем самобытность.

Статистика свидетельствует, что живущие в городах с историческими корнями люди, счастливей. Культурные города привлекательней и для приезжего люда (а мы все туристов на речку зовем – рыбку удить). Приехал гость посмотреть город. Ему надо где-то припарковаться и заправить машину, поесть, переночевать, купить путеводитель и сувениры… Туризм, в свою очередь, поднимает экономику (ну это, впрочем, давно уже аксиома).

Ах, как хочется, чтобы Тверь и жила благополучно, и выглядела лучше всех! Может, тогда нам удастся попасть в список ЮНЕСКО? В туристические маршруты золотых, серебряных или – чем черт не шутит – платиновых колец? Да что я все про рейтинги… Просто дивный облик Твери надо: 1 – сохранять, уважая; 2 – изучать любя; 3 – подчеркивать достоинства со страстью, но без фанатизма. И делать это всем миром.

 
КОММЕНТАРИИ К ЗАПИСИ:

Татьяна Савватеевна, с таким удовольствием прочитала вашу статью! Я неоднократно бывала в Твери (честно сказать, даже жила некоторое время), но на все эти знакомые тверские места, вы просто открыли мне глаза. И этот новый вгзляд был более позитивным и любящим. Если Генеральный план Твери, который все же, вероятно, появится в ближайшее время, не будет учитывать хотя бы часть того, о чем вы написали, то кому он нужен?! Жаль, что ваша позиция отражается только на страницах журнала, но не в решениях и не в проектах власти! А еще... Очень обидно за город, по которому потоптались все, и часто не очень удачно, без любви и знания этого города. В свою очередь понимаешь истоки "тверского характера".

Вера Владыцкая

Гастролирующий слоновод
02.03.2010

Оставить свой комментарий

 
ЛУЧШИЕ СТАТЬИ РУБРИК